Содержание История www.lants.tellur.ru

Лекция 4

Образование древнерусского государства.
(продолжение)

Существует ли “норманнская проблема”?

      Именно так было воспринято сообщение “Повести временных лет” Иоганном Готфридом Байером и Герардом Фридрихом Миллером, двумя немецкими учеными, приглашенными Петром I для работы в Санкт-Петербург в 1724 г. В частности, опираясь на приведенный текст, они утверждали, что свое имя - Россия вместе с государственностью - получила от скандинавов. Ответом на это стал “репорт” М.В. Ломоносова на высочайшее имя от 16 сентября 1749 г. по поводу труда Г. Ф. Миллера “О происхождении имени и народа Российского”. В нем в частности утверждалось, что

если бы г. Миллер умел изобразить живым штилем, то он Россию сделал бы столь бедным народом, каким еще ни один и самый подлый народ ни от какого писателя не представлен”.

      В приведенной фразе настораживает сослагательное наклонение, употребленное великим ученым. Из этого как будто следует, что Г.Ф. Миллер все-таки не “изобразил” и не “сделал” Россию “бедным народом”. Он лишь дал повод для такого толкования зарождения русской государственности. А потому именно М.В. Ломоносову, которому после упомянутого “репорта” Елизавета Петровна поручила написать историю России, мы в значительной степени обязаны появлением в законченном виде так называемой “норманнской теории”.

      Точнее, “химии адьюнкту Ломоносову” принадлежит сомнительная честь предания научной дискуссии о происхождении названия “русь” и этнической принадлежности первых русских князей вполне определенного политического оттенка. Спор между “норманистами” и “антинорманистами”, то затихая, то вновь обостряясь, продолжается уже свыше двух веков. Однако, повторю, он имеет не столько научный, сколько политический характер. Так что придется, видимо, согласиться с В. О. Ключевским, который назвал варяжскую проблему патологией общественного сознания:

“Я знаю, Вы очень недовольны, что все эти ученые усилия разъяснить варяжский вопрос я назвал явлениями патологии... Я думаю, что могут прийти в голову вопросы, не лишенные интереса с какой-либо стороны и вместе лишенные всякого интереса со стороны научной. В книгах, которые так сильно Вас занимают, я не нашел ничего кроме бескорыстных и обильных потом усилий разрешить один из таких вопросов. Иногда общественная или ценная мысль с особенной любовью обращается к сухим, бесплодным мелочам в области знания... А ведь такой поворот в умах есть несомненно симптом общественной патологии... Я решительно порицаю насмешливое отношение к ученой пытливости, обращенной на подобные вопросы, - но только если она ограничивает научное значение своих разысканий пределами этнографической номенклатуры или генеалогической химии. Но когда исследователь подобных вопросов идет прямо в область настоящей, научной истории и говорит, что он разрешает именно вопрос о происхождении русской национальности и русского государства, будет жаль, если он не остановится на границе и не вспомнит, что национальности и государственные порядки завязываются не от этнографического состава крови того или другого князя и не от того, на балтийском или азовском поморье зазвучало впервые известное племенное название... Итак, - повторяю еще раз, - я совсем не против вопроса о происхождении имени Русь и первых русских князей, совсем не против пользы исследований подобных вопросов, а только против того положения, что в этом вопросе ключ к разъяснению начала русской национальной и государственной жизни”.

      Несомненно следует согласиться с великим историком и разделить фиктивную - в научном плане - “норманнскую проблему” на ряд более “мелких”, но гораздо более реальных и существенных для понимания ранней истории Руси вопросов. В частности, следует особо рассмотреть проблемы:

      Несмотря на вненаучность традиционной постановки “варяжской проблемы”, нельзя не отметить, что споры “норманистов” и “антинорманистов” оказались довольно плодотворными. Они заставили оппонентов для доказательства своей правоты привлечь максимальное количество аргументов: лингвистических, текстологических, источниковедческих, археологических и пр. В результате современная наука располагает огромным фактически материалом, который позволяет с достаточным основанием сформулировать следующие основные выводы.